Что произошло
За последние дни удары по акватории Азовского моря затронули свыше ста судов и фактически парализовали работу портов Азова и Тамани, через которые ранее шла значительная часть российского экспорта зерна и растительных масел.
Объёмы экспорта и маршрутная нагрузка
На эти порты приходилось примерно 15% экспорта зерновых и около 17–21% вывоза растительных масел; некоторые оценки называют долю и до четверти совокупного экспорта. Через мелководные порты за Керченским проливом шла торговля с регио‑нами Ближнего Востока, в том числе с крупными покупателями.
Власти уведомили судоходные компании о приостановке приёма заявок на проход через Керченский пролив. Экспорт в июле может сократиться примерно на 20% — до около 2 млн тонн вместо запланированных 2,5 млн. Часть грузов можно перенаправить на глубоководные порты, которые способны отгружать порядка 4–4,5 млн тонн в месяц, тогда как в пиковый августовский период потребность достигает 5–6,5 млн тонн.
Сложности перестройки логистики
Перестроить экспортные потоки «в разгар сезона» — значит действовать в условиях поздней уборочной кампании и топливного дефицита, что делает задачу практически невыполнимой без значительной координации и субсидий. Для перенаправления потоков нужны готовые станции, терминалы и порты; любые «узкие места» по перегрузке или транспорту сразу затормозят поставки.
Бизнес указывает на дополнительные издержки и недостаток подвижного состава: без финансовой поддержки и привлечения дополнительных вагонов железнодорожные перевозки могут не выдержать возросшей нагрузки. Дефицит топлива дополнительно осложняет работу логистических операторов.
Риски для внутреннего рынка
Аграрии могут накапливать урожай в линейных элеваторах из‑за ограничений с отгрузкой, что приведёт к временному избытку предложения и давлению на цены внутри страны.
